Капитализм противоречит первому началу термодинамики или принципу сохранения энергии в замкнутой системе

Автор: | 17.11.2018

1) Капитализм противоречит первому началу термодинамики или принципу сохранения энергии в замкнутой системе.

Первое и единственное, к чему стремится капиталист в хозяйственной деятельности — получение прибыли. Так учит классическая школа экономики, в частности Адам Смит. Любое коммерческое предприятие при создании фиксирует в своих документах: Цель — получение прибыли.  Не «мир во всем мире». Не «счастье и здоровье людей». Только — прибыль. Точка.

Прибыль — это разница между суммарными издержками и суммарным доходом. Чтобы она появилась, нужно получить за товар больше, чем вложить в его создание. Это первый уровень противоречия закону сохранения энергии. Т.е. из системы пытаются изъять больше, чем в нее вкладывают. 

— Но, позвольте! — скажет пытливый читатель. — Но ведь система предприятия — не замкнута сама на себя — она взаимодействует с рынком и с людьми. С одной стороны (производства) работники предприятия привносят в нее свои природные силы. С другой (потребительской) — тоже люди, со сложной системой взаимообмена ресурсами. Кроме того, система автоматически регулируется «невидимой рукой Провидения» или, менее поэтично — балансом «Спроса» и «Предложения».

Только вот это враньё.

Во-первых, система капиталистического хозяйствования незамкнута только тогда, когда поглощает «бесплатные ресурсы». Говоря проще — кого-то грабит. Это может быть метрополия, меняющая бусы на золото в колониях. Это может быть обычный грабитель в темном переулке (вполне соответствующая капитализму аналогия — уж стремление к максимальной прибыли при минимуме издержек налицо). И система была незамкнута пока был возможен экстенсивный путь развития, на карте оставались белые пятна и не пришла эпоха глобализма. Вот тут глобализм подкачал! Он хорош как лозунг для захвата новых колоний, но становится смертельно опасным для капитализма, когда колонии требуют отказаться от политики двойных стандартов и обмениваться с ними «по законам рынка» — система замыкается — капитализм начинает грабить сам себя.

Капитализм с лицом глобалиста, конечно, может существовать в замкнутой системе планеты какое-то время. Но только при условии «пирамиды стандартов» — лестницы, существенно изменяющей перекос эквивалентного обмена в сторону метрополии. Этот вариант провалился. Во-многом, по «вине» России, которая не захотела «играть по правилам джентльменов» и становиться субстратом для их красивой жизни. Вернулся многополярный мир. И тут пришлось перейти к «плану Бэ»: оруэлловским «Евразии», «Океании» и «Остазии» — открыто воюющим друг с другом  «полюсам силы», ведущими, однако, свои войны только на «спорных территориях».

Спорные территории, вкупе с многополярным антагонизмом — это как раз обеспечение «открытости системы» — жизненно важного условия более-менее стабильного существования капитализма в каждой отдельно взятой стране. То, что «план Бэ» исполняется можно судить просто открыв ленту новостей: «торговые войны» вместо взаимовыгодной торговли, «санкции» вместо партнерства, «борьба с терроризмом» как прикрытие прокси-войны и грабёж ресурсов на «спорных территориях».

Во-вторых, никакого справедливого и взаимовыгодного обмена при капитализме быть не может по определению. Иначе откуда взяться прибыли? Производитель пытается продать подороже заведомо дешевый товар, покупатель старается потратить на приобретение необходимого как можно меньше ресурсов. Ведь и с той, и с другой стороны к обмену предлагаются ресурсы: трудовые и материальные. Если производить справедливый обмен, то издержки сравняются с ценой и прибыли просто неоткуда будет взяться. В итоге имеем заведомо несправедливый обмен, регулируемый не «Спросом» и «Предложением», а монополиями и прочими картельными сговорами. Ибо без таковых получить при капитализме значительную прибыль просто невозможно — заявленные в «Экономиксе» принципы мешают.

Но если так, то конечный потребитель будет неминуемо беднеть, а капиталист, находящийся выше него по «пирамиде двойных стандартов» — богатеть. Открываем ленту новостей — всё именно так: имущественное расслоение быстро растет во всем мире — богатые становятся богаче, а бедные — беднее.  А учитывая, что «чтобы оставаться на месте — нужно бежать вперёд», т.е. нормальная прибыль не дает значимого прироста капитала, целью предпринимателя, желающего продвинуться вверх по пирамиде, является только сверхприбыль, то мошенничество, воровство и грабеж — это всего лишь формы капитализма, не нашедшие красивого предлога для оправдания своей деятельности.

Вывод: Из замкнутой системы хозяйствования невозможно извлечь больше ресурсов, чем вкладывается. Прибыль — это не «волшебным образом появляющийся прибыток», а перекачивание ресурсов от подножия капиталистической пирамиды к верхушке. «Подножию» дополнительных ресурсов взять неоткуда, кроме как усерднее расходовать свои трудовые (или лезть в долговую яму). Но всему есть предел. «Подножие» стремительно нищает. Временный выход из данной ситуации обеспечивает «подкладывание» под «подножие» еще более низкого слоя «чужой экономики», ворованных ресурсов. Но это не решает принципиальной проблемы: капитализм противоречит первому началу термодинамики или принципу сохранения энергии в замкнутой системе. Капитализм всегда будет нуждаться в «черном дереве», заморском или из числа своих «невписавшихся в рынок» — это не столь важно. По сути, капитализм — это рабовладение, сменившее колониальный шлем на цилиндр: да, выглядит цивилизованнее, но суть та же — каннибалистическая.

2) Ростовщичество пагубно для общества.

Общество ради собственного выживания требует от своих членов соблюдения некоторых правил.

Правила, соблюдаемые в обществе, называют по-разному: законы, заповеди, общественный договор, «понятия». Но все они регулируют одно: распределение преимуществ одних членов общества над другими. Преимущество над другими — это преимущественное право на потребление ресурсов общества, преимущественное право выжить, когда кого-то в обществе необходимо «съесть». Выражение этого преимущества может быть фактическим — фактическое обладание ресурсом — «деньги», либо потенциальным — потенциал, чтобы заполучить ресурсы — «власть».

В отличие от реально произведенных материальных(и нематериальных, но для краткости — просто м.б.) благ, преимущество над другими, выраженное в виде «долга» можно потреблять неограниченно. И в этом нет ничего страшного. Пока суммарное количество «долговых обязательств общества перед его членами» не превышает суммарное количество произведенных обществом м.б. происходит простое перераспределение потребления в обществе. Более-менее справедливое.

Человек может потребить только те м.б., что общество смогло произвести к данному моменту. Он не съест завтрашнюю колбасу на сегодняшний завтрак, не посмотрит фильм, который еще не сняли, не сядет в автобус, который еще не подъехал к остановке. Общество может потребить только те м.б., что произвело на данный момент, не больше. Т.е. в каждый момент времени общество располагает ограниченным объемом м.б., готовым к потреблению. Это естественно. Да и потребность в потребляемых м.б. не так уж велика, чтобы быть неограниченной.

Ростовщичество нарушает равновесие. С одной стороны ростовщик дает возможность обществу «потреблять в долг», обеспечивая «сытость за счет будущего урожая», с другой стороны, он увеличивает объем долгов в обществе на размер процентов по кредиту. Суммарное количество долгов внутри общества начинает значительно превышать количество доступных к потреблению м.б. Притом, ростовщик, добавляя долговую нагрузку «из воздуха», никаких м.б. не производит. Однако, он — тоже человек, кушать хочет три раза в день, и желательно вкусно. Он смешивает свои «ненастоящие» (появившиеся из воздуха) деньги с «настоящими», являющимися эквивалентом произведенных обществом м.б., увеличивает общую денежную массу, не увеличивая массу произведенных м.б. Но при этом м.б. общества потребляет — тем самым дважды нарушая баланс перераспределения потребления м.б. Естественным ответом системы является запуск процессов инфляции, т.к. тому же количеству произведенных м.б. теперь соответствует большее количество денег. Инфляция, кстати, никоим образом не угнетает ростовщика — он всегда перекладывает ее на заемщика, увеличивая процент. То есть, инфляция обесценивает только ресурсы конечного потребителя — подножия пирамиды. Это универсальный «насос», с неизбежностью восхода солнца перекачивающий реальные м.б. в карман ростовщику, а заемщику оставляя лишь смутное понимание: «надо работать над повышением производительности труда».

Вывод: Процесс «перекачивания» м.б. в карманы ростовщика неизбежен из-за смешивания взятых «из воздуха» ненастоящих денег ростовщика, полученных сверх долга, и «настоящих», обеспеченных производством м.б. денег заемщика. И даже этот паразитизм не был бы для общества смертелен, если бы не одно свойство долга (или денег — кому как нравится) — его (их), в отличие от колбасы, можно накапливать (потреблять) в бесконечных объемах.  Это противоестественно, но не может нарушать фундаментальных законов: если где-то прибыло, значит где-то убыло. Смотрим новости: 18 000 детей в год умирают от голода, а 850 млн людей недоедают. Только лишь для того, чтобы ростовщикам было что покушать.

Ростовщичество нарушает общественный договор — получает несправедливое преимущество над другими. Совершает преступление против выживаемости человечества как цивилизации. Ведет к смерти. Поэтому ростовщичество осуждаемо в мировых религиях. Причем, не только в христианстве и иудаизме, но и в исламе — «Аллах дозволил торговлю и запретил ростовщичество» (сура «Аль-Бакара», аят 275).

 3) Индивидуализм — путь к разрушению личности, общества и государства.

Разрушение личности затрагивать не буду — это стезя психиатров. Кому интересно — первая попавшаяся статья (сам не читал, но одобряю.)

Разрушение общества и государства прямо проистекает из превалирования личностных интересов индивидуума над интересами общества и государства. Происходит «атомизация общества». С удивлением прочёл, что Википедия приписывает это явление тоталитарным и авторитарным политическим системам. Сначала решил, что она ошибается — мало ли какую политоту туда впихивают. А потом задумался, оглянулся вокруг, и в голове возник термин: «тоталитарный либерализм».

Почему «либерализм»? Потому что индивидуализм — это его знамя, пропагандируемое в каждом рекламном ролике каждого товара (привет капиталистам!). В либеральных кругах его принято связывать со свободой личности. Ее правом на удовлетворение собственных желаний, пусть даже общество этим не довольно — «тем хуже для общества». «Бери от жизни всё!» — кричит нам реклама. — «И беги!» — шепчет чувство самосохранения, когда «взял».

При такой идеологии невозможна никакая ни общественная, ни государственная деятельность. Т.к. чиновники-индивидуалисты — это априори «царьки», взяточники и казнокрады.

Пропаганда индивидуализма, «американской мечты» не прекращается. А его антипод — коллективизм — всячески дискредитируется.

Общий вывод:

Капитализм, являясь изначально ущербной системой хозяйствования, нарушающей основополагающие законы природы, провалил проект глобализации. Однополярный мир, в котором бы потребление материальных благ разными территориями регулировалось директивно (и ассиметрично) из одного центра системой «многоуровневых стандартов», не сложился. Нераспад России в 2000-х нарушил все планы. «Периферия» затребовала равноценного обмена. Теперь реализуется «оруэлловский» многополярный капитализм. Со всеми его «плюшками» в виде перманентной гибридной войны всех против всех на «спорных территориях», а также в информационном пространстве, экономическом, технологическом. Уже сегодня мы живем в мире, где практикуются «министерства правды», «пятиминутки ненависти», а за недостаток двоемыслия — увольняют как Мегин Келли.

Но и «план Бэ» несет в себе те же «физиологические» проблемы капитализма: из системы невозможно получить больше, чем в нее вложить. Прибыль невозможна без неравновесного обмена. Ростовщическая и спекулятивная прибыль — пагубна. А в случае преобладания в экономике подобных схем обогащения — просто фатальна. Тут не спасет даже тоталитарный контроль атомизированного общества — только отсрочит неизбежное.