От Victor-а: Особенности социальной медицины в США, рекомендации для нас по избежанию этого печального опыта

С системой социальной медслужбы все медики США сталкиваются постоянно, даже не работая в этой системе. 

Известно, что самые крупные расходы бюджета США — на Пентагон. На втором месте по неподъемности — социальные выплаты и талоны на питание малоимущим. Которых в стране почти пятьдесят миллионов, плюс — 10 миллионов инвалидов. Которые тоже как правило, сидят на социалке.

Третья неподъемная статья бюджета — медицина. И это при том, что 60% взрослых американцев вообще не имеют личной медстраховки, из-за дороговизны.

В США существует государственная медстраховка, называемая Седикейд (в Калифорнии — Медикел). Ее дают пожизненно всем госслужащим (включая президента и Конгрессменов), детям до 21 года из неимущих се5мей (статистически, «неимущих» — это 90% населения США). А также пенсионерам. Пенсия — с 65 лет, страховка — тоже. Пенсионерская страховка немного отличается от страховки для остальных. Пенсионеру, по его выбору, предлагается 4 варианта Медикейда: полностью бесплатный вариант, частично оплачиваемый варианты. Когда пенсионер платит 10% от счета за лечение, когда оплачивает первые 2 тысячи от любого медицинского счета, когда задним числом компенсирует какой-то более приличный процент за лечение. Разумеется, набор медицинских услуг, нужных и ненужных, напрямую зависит от варианта, выбранного стариками. Четвертый вариант мало отличается от хорошей частной страховки. Только ценой. Частная — безумно дорогая. Четвертый вариант — довольно экономичный. А в случае смерти — и вовсе платить не надо. Первый — обеспечивает тот минимум, который гарантирует выживание. Но далеко не всякое лечение. «Экономичный» вариант. Бедный пенсионер, едва сводящий концы с концами, конечно выберет его. Состоятельный пенсионер, у которого за жизнь скопилась некая приличная сумма, выберет четвертый.

Есть еще одна существенная разница между вариантами страховки.

При бесплатном, в случае тяжелой болезни, пенсионера переведут на «хоспис». В программу берут только тех, кому по прогнозам осталось жить не более 6 месяцев. Это узаконенная форма убийства. Не буду вдаваться в подробности. Но «Хоспис» заинтересован в быстром «уходе». Поэтому «уходят» быстро. Мало кому удается дожить до 6 месяцев, для этого надо иметь железное здоровье, и колоссальную волю к жизни. Видел таких. Особенность «лечения» в «Хосписе» — его полное официальное отсутствие. Используется только «паллиативное» лечение — симптоматическое. Акцент сделан на уходе. Пациент лежит в чистоте, в сухих памперсах. Обычно — дома. Если дома нет — то в палате госпиталя. Но госпитальный персонал к такому пациенту отношения не имеет. Приходят и обслуживают персонал «Хосписа». Его моют санитарки ежедневно, не вынимая из постели. У него абсолютно нет боли — морфия хоть залейся, для «хосписовских» ограничений нет. Снотворные — то же самое. Но базовое лечение заболевания отсутствует. Рак — лечат по минимуму. Если вдруг началось маточное кровотечение (жизненно опасное состояние) — никто не приедет, и кровь останавливать не будут. Или «само пройдет», или «уход». Хосписовский пациент — только его. Ни скорой, ни самостоятельного размещения в госпиталь. Раз в неделю проверить состояние заглядывает фельдшер. Доктор может ни разу не появиться. Или приходит столько, сколько надо — но только в случае, если фельдшер увидел в этом необходимость. Если необходим 24 уход и мониторинг состояние, «Хоспис» сам нанимает специализированную компанию по оказанию услуг здравоохранения (их тысячи, дело выгодное).

И подготовленный персонал (не медики) в две, или три смены заботятся о пациенте. Делая ровно ту же работу, что и санитарки «Хосписа». В среднем, стоимость 24 часового обслуживания такой компанией обходится в примерно в тысячу или чуть больше долларов в сутки только на оплату работы персонала. Это — не считая расходов на памперсы, подкладки, многочисленные кремы и спреи. И продолжающиеся плановые визиты хосписовских санитарок, фельдшеров и докторов.

После смерти ее констатирует фельдшер или медбрат «Хосписа» — они единственные, кто имеют на это право. Во всех остальных случаях смерт констатирует только медицинский доктор. Потом примерно в течение часа тело увозят в морг. И родственникам выдают, когда те попросят, чтобы похоронить. Для родственников — большое подспорье. 

Расходы тем, у кого бесплатный Медикейр, оплачивает государство. По другим — в соответствии с условиями страховки. При передаче пациента «Хоспису» — кто-то из членов семьи берет на себя все легальные обязательства пациента, который с этого момента считается недееспособным. Без этого в «Хоспис» не примут. Так что финансовую часть оплаты страховки ложится на семью. Как правило, у нее есть на это деньги. Если пациент выбрал частично оплачиваемый вариант.

На «Хоспис» имеют право все варианты страховки. Но если для бесплатного варианта это единственно возможный при серьезном заболевании, то для платника, особенно 4-го варианта, есть богатый выбор. Если он предпочтет вариант «продолжать лечение», его будут лечить на самом высшем уровне до самого конца. Строго в соответствии с условиями страховки.

Медицинские рекорды в медучреждениях давно компьютеризированы. Но на каждого пациента обязательно ведется «бумажный» фолдер — дубликат. Целые стеллажи. И на корешках фолдеров, чтобы сразу было видно, как правило цветовыми кружочками разных цветов, обозначен тип страховки пациента. Частная, когда «можно и нужно делать все что доктор считает необходимым». Государственная, и ее тип — где процедуры ограничены определенным обязательным минимумом, и даже в случае наличия медпоказаний — не будут оплачены страховкой. И «хосписовцы», которым медперсонал может оказать помощь, только позвонив «Хоспису» информацию о текущем критическом состоянии. Так что любой сотрудник отделения знает, что в случае необходимости можно делать с пациентом, что нельзя, а когда и вообще не вмешиваться.

По статистике, 3/4 громадного медицинского государственного бюджета, уходит на лечение последнего полугода жизни именно таких пенсионеров, не «хосписовцев», хотя они вносят свою лепту тоже.

И еще — страховая медицина абсолютное зло.

Потому что создает паразитов-посредников между медиками, и пациентом. В штатах, где эта модель достигла пика, медикам достается 1/10 от денег, выделенных на медицину. 9/10 уходит страховщикам и «адвокатскому рэкету» (официальный термин). Но медицинские госпитали вынуждены держать штат администраторов-менеджеров. Задача которых — переговоры со страховщиками и грабителями-адвокатами, готовых в любой момент судить госпиталь за реальные,  или мнимые «косяки», доить страховки пациентов, вытрясать долги с бывших пациентов, взаимодействовать с коллекторами. Штат этих внутримедицинских паразитов превышает весь чисто медицинский персонал госпиталей — докторов, фельдшеров, медбратьев, санитарок, технических спецов (узи, рентген), тех, кто перевозит больных между отделениями, не уронив при этом. Так что тем, кто реально лечит людей, достается еще меньшая доля от выделенных на медицину денег. Если, как в Великобритании», ввести государственную медицину, расходы на нее государства могут уменьшится раз в двадцать. За счет устранения паразитов-посредников. Даже адвокатский рэкет исчезнет, так как судить государство при капитализме — себе дороже. Все равно что трахать тигрицу — удовольствия никакого, а страху натерпишься.

Второй, громадный минус страховой медицины — катастрофическое снижение компетенции медицинского доктора. Реальные знания медицины, которая не наука, а искусство, ему не нужны. Нужен диплом, лицензия. При узкой специализации медиков, набор вариантов заболеваний у каждого специалиста минимальный. При этом страховками предписан обязательный набор процедур, который будет оплачен. Других вариантов нет. Написано: сделать такой-то анализ крови, мочи. Написал направления, поставил галочку об исполнении инструкции. И так дальше, по списку.

Немудрено, что в штатах лечиться можно только у медика, который уже приехал в штаты с медицинским опытом в своей стране, и получил штатовское, предельно директивное образование как второе, необходимое только чтобы получить разрешение практиковать.

Как пример паразитической, снижающего компетенцию врача, вредности  страховой медицины.

Простейший вариант, детская послеродовая желтушка. К настоящей желтухе отношения не имеющей. Кроме повышенного уровня биллирубина в крови. Возникает у более половины новорожденных, как правило быстро проходит. Но: в случае высокого уровня в крови, угнетает мозг, который после рождения стремительно развивается. В случае затягивания процесса лечения, последствия для мозга могут оказаться необратимыми — снижение умственных способностей в дальнейшем.

Берем три варианта младенцев: один родился в Краснодарском крае, другой в Москве, третий в Чукотской деревне.

Как лечить краснодарца: порекомендовать родителям на 15-20 минут выносить раздетого младенца на солнышко, желательно до 10-11 утра, когда много ультрафиолета. И по-возможности, повторять процедуру несколько раз в день. Хотя в принципе, достаточно и одного раза в день. Желтушка быстро пройдет, так как биллирубин разрушается ультрафиолетом.

Как лечит москвича: Солнца нет, большую часть года холодно, или сыро. Голого младенца на улицу вынести — только простудить. Тем более что солнце поймать не просто. Поэтому единственный вариант — пометить ребенка в бокс с кварцевой лампой на 1-2-3 суток. Чтобы «позагорал». Как только анализ крови покажет «норму», ребенка можно выписывать.

Как лечит чукчу: Солнца нет и не предвидится. Медиков нет, и не предвидится. Больниц с кварцевой камерой для «загара» нет на ближайшие 2, или 3 тысячи километров, и не предвидится. Можно вообще ничего не делать, анекдоты про чукч появились не на пустом месте. Но если бы ответственные родители-чукчи дозвонились до врача, и если бы он оказался еще советским медиком (не российским!), тот бы рекомендовал простое средство — Люминал, он же — фенобарбитал. Одну таблетку разломать на четыре чести, давать два раза в день, два дня, растворив воде с ложечки. И все, никакой желтушки.

Люминал используется более ста лет. Когда-то он был основным видом снотворного. Основой таких популярных сердечных препаратов, как Валокордин и Корвалол. В психиатрии успешно использовался десятилетиями как противоэпилептический и противосудорожный препарат. Использовался для лечения гемофилии, так как стимулирует повышение уровня некоторых ферментов. И это только часть его известных и использовавшихся более ста лет известных лечебных эффектов. Есть еще одно, уже не известное медикам, учившимся не в СССР. Выраженный противобиллирубиновый эффект. Быстрый, и надежный. Для чукч- самое то. Единственно возможный вариант лечения. И стоит копейки. И всегда был безрецептурным препаратом в свободной продаже.

Но для страховой медицины вариант хорошего заработка — только второй, «московский». Поэтому он единственно рекомендованный и предписанный врачам страховщиками. Потому они и не знают о действии люминала на младенцев.

А чтобы и не узнали, и не дай бог! не сократили доходы страховщиков, люминал быстренько перевели в группу четыре. В запрещенные наркотики, особо опасные. Действительно, особо опасный препарат для кармана страховщиков. Заодно под строгий наркотический запрет попали ВСЕ лекарства, имевшие его в своем составе! Их — десятки. И еще раз — Люминал безрецептурно, как и аспирин, использовали более ста лет! Вез вредных особых последствий. Теперь можно и дальше плодить анекдоты про чукч. Кварцевые боксы на их пастбищах появятся уж точно не раньше, чем лет через тысячу.


Что надо сделать в России?

1. Вернуть советскую систему медицины, выгнав ссаными тряпками адептов медицины страховой.

2. Вернуть в Россию советский принцип профилактики и ранней диагностики заболеваний. Ежегодные диспансеризации, профосмотры. Регулярный анализы для детей в детсадах и школах.

3. Вернуть докторам право лечить не по утвержденным и обязательным «схемам». По собственному усмотрению, знаниям, опыту. В системе страховой медицины появления доктора Илизарова, или глазника Федорова, исключены. А ведь эти методы стали прорывами в мировой медицине.

4. Ввести уголовную ответственность для тех, кто не имея профильного медицинского образования, попытается вмешиваться в «лечебную» часть профессиональной деятельности докторов. Для чиновников, манагеров, наркоконтрольцев, правоохранителей, адвокатов, и фармацевтов. А они, дилетанты, как раз себе в этом удовольствии не отказывают, гнобя врачей.

5. Вернуть докторам право прописывать любые лекарства, которые, по их мнению, необходимы пациенту «в его наилучших интересах». Любые, включая наркотики. Это совершенно необходимое право. 

6. Кардинально пересмотреть лист запрещенных. и ограниченных к обороту в России медицинских препаратов. Выкинуть оттуда все, что необоснованно включили в него липкие ручки алчных адептов страховой медицины в своих личных, узкой группы, интересах. Верните бабушкам любимый Валокордин, родителям — димедрол, все то, что было безрецептурным в СССР. Тогда не было жадности и корыстных интересов посредников-паразитов. И к списку препаратов под запрещение относились ответственно. Если лекарство и подпадало под ограничения, то по веским основаниям. А так скоро и мазь Вишневского запретят. Стоит копейки за ведро, не имеет врока годности, пока окончательно не засохнет. А ведь сколько, вместо нее, можно было бы всяких-разных дорогих кремов продать! В красивых упаковочках!

7. Изменить систему учебы в медвузах, вернув ее более к советской. Учивших будущих докторов «думать». А не заучивать «схемы лечения», придуманных страховщиками. Хотя и советская не была совершенной. В детстве жил со студенткой второго меда. Каким она стала доктором — не дай бог! у нее лечиться. Все домашние задания, учебные истории болезни и все прочее писал за нее я. Если она о чем иногда и думала — так это о шмотках. Как экзамены сдавала? Показывала мне зачетку с оценками «отлично» и подписями экзаменаторов. С комментариями: «этому дала, этому дала, этому дала!». Так и окончила. Вполне допускаю, что точно также и поступила. К чести Второго меда, она не туда поступала, перевелась с Дальнего востока в связи с переездом в Москву. И экзаменаторы не кривили душой, «давала» она действительно «отлично». Но вот как лечит…

Тогда такое поведение не было правилом, редким исключением. Есть основание считать, что сегодня подобное поведению студентов — будущих докторов, обоего пола, никого уже не удивит.

Рекомендация по уходу за стариками в России (пожилые родители, родственники).

Не ждите прихода Альцхаймера, напару с приятелем — Паркинсоном.

— Покажите престарелого родственника хорошему психиатру. Когда для обычного человека становятся заметны признаки деменции, 90% клеток головного мозга уже безвозвратно повреждены. Психиатр (это его медицинская компетенция) увидит симптомы приближения заболевания намного раньше. Выпишет лекарства. Да, старческие психические заболевания не лечатся. Деменция если есть, она и будет. Но развитие заболевания можно существенно затормозить. На годы. Современные лекарства это позволяют. Почему не воспользоваться?

— Сподвигните кого-то из членов семьи пройти какие-нибудь курсы по уходу за лежачими больными. К этому обязательно дело придет. Уход уходу рознь. Для появления пролежней при неправильном уходе достаточно 4-6 часов. Лечатся пролежни трудно, неделями и месяцами. Ухаживать за больным с пролежными, и без них — две большие разницы. И по деньгам, и по лекарствам, и по страданиям лежачего, и по «свихиванию крыши» ухаживающего. Лучше заранее освоить несложную науку, как все делать правильно. Тогда уход не станет семейной трагедией.

— Лежачему больному неизбежно понадобятся две вещи, которые ему в нынешней России гарантированно не предоставят: наркотическое обезболивающее, и эффективные сонники. Все под запретом, или драконовскими ограничениями — даже раковым.  Поэтому какой-нибудь отпуск можно провести на Гоа. И хорошо отдохнете, и купите все необходимое заранее — там все нужное в свободной продаже, безрецептурно. Срок годности не так важен — свойства этих лекарств сохраняются долго после окончания срока годности. Специально не даю никаких названий — сами способны нагуглить. При провозе, даже если обнаружат, то только изымут. Так как куплено в аптеке, в неповрежденной аптечной упаковке, чек прилагается! А что там безрецептурно, а в РФ категорически запрещено — большие круглые удивленные глаза помогают. Доказать умысел на сбыт, при его отсутствии, невозможно. А без умысла нет статьи. Так что в худшем варианте изымут, пожурят, и отпустят.

Ну, как бы так.


Я не публикую статьи, только комментарии. Но если кто-то из участников форума пожелает мой комментарий опубликовать отдельной статьей, я не возражаю. Даже согласовывать со мной не нужно. Все свободно для дальнейшего распространения. Алекс эту особенность знает, и не возражает. Так что если кого-то заинтересовало написанное, и есть желание опубликовать — в добрый путь!   ))))))

us.gif

Victor (21:05:28 / 12-09-2019)   

1 комментарий

Комментарии закрыты.